Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Верхний пост

Решил таки забабахать верхний псто.
Здесь будут собираться ссылки и информация по интересным мне темам.
Каменты скринятся - может быть когда-нибудь я на них отвечу.



Россия, Которую Мы Потеряли
Ну и куда же нам без сакраментальной РКМП?

Collapse )





Политика, Революция, СССР, Россия, Запад, Холодная Война

Collapse )





Современность, общество, тенденции, текущее

Collapse )





Хумор, политика, идиоты, маразм.

Collapse )

Collapse )

Преступление против усовершенствования. Большой Террор — способ консервации двухканального управлени

Оригинал взят у proseka199 в Преступление против усовершенствования. Большой Террор — способ консервации двухканального управлени
http://odnako.org/blogs/prestuplenie-protiv-usovershenstvovaniya-bolshoy-terror-sposob-konservacii-dvuhkanalnogo-upravleniya-1/

Преступление против усовершенствования. Большой Террор — способ консервации двухканального управления

Тема Большого Террора очень обширна. Её давным-давно исследует куча народа. Основная часть того, что я на эту тему знаю и думаю — естественно, не мои собственные идеи, а рассуждения различных исследователей. Почти всё, что я сейчас собираюсь рассказать — материалы из книг Юрия Николаевича Жукова «Иной Сталин» и Елены Анатольевны Прудниковой «Хрущёв. Творцы террора» (эти книги, как и многие другие творения этих авторов, доступны и на бумаге, и в Интернете). Кое-что вынесено из трудов Юрия Игнатьевича Мухина — очень увлекающегося, но способного докапываться до фактов, радикально меняющих всю картину. А управленческий стиль вождя подробно изучил Владимир Михайлович Чунихин (его статьи пока лежат только на сайте «Самиздат» и на бумаге не представлены). Но всё-таки довольно много об этом я продумал самостоятельно. По крайней мере, далее порядок изложения и группировка сведений — мои (да и некоторые выводы, надеюсь, тоже). Тем не менее настоятельно рекомендую прочесть указанные книги полностью, поскольку там есть и многие другие темы, которые я, естественно, в небольшой статье затронуть не смогу.
<...>

"Военные дневники" Астрид Линдгрен: "Лучше всю оставшуюся жизнь я буду кричать &

Оригинал взят у proseka199 в "Военные дневники" Астрид Линдгрен: "Лучше всю оставшуюся жизнь я буду кричать &quot
Оригинал взят у varjag2007su в "Военные дневники" Астрид Линдгрен: "Лучше всю оставшуюся жизнь я буду кричать "Хайль Гитлер!"
28 января исполняется 15 лет со дня смерти выдающейся шведской сказочницы Астрид Линдгрен. Все мы многим обязаны её персонажам: Пеппи Длинный чулок, Карлсон, Калле Блюмквист, Расмус-бродяга.




Гораздо менее известно совсем не сказочное произведение этой писательницы — дневники, которые она вела во время Второй мировой войны.
[Spoiler (click to open)]
.
Астрид Линдгрен

«Военные дневники» Астрид Линдгрен — это 18 толстых общих тетрадей в кожаном переплете, заполненных записями писательницы и множеством газетных вырезок. 

«1 сентября 1939.
О! Сегодня началась война. Никто не хотел этому верить. Вчера после обеда мы сидели с Эльсой Гулландер в Васа–парке, и дети играли и бегали вокруг нас, а мы от всей души ругали Гитлера и пришли к выводу, что войны наверняка не будет — и вот, сегодня! Немцы бомбили утром многие польские города и вторглись в Польшу с разных сторон. Я до последнего пыталась не делать запасов, но сегодня купила немного какао, немного чая, немного мыла и кое–что еще.

Ужасная тревога охватила всех и вся. Радио целый день периодически передает новости. Призваны многие военнообязанные. Запрещена езда на легковых машинах. Боже, помоги нашей бедной планете, пораженной безумием!
» - такова первая запись (от 1 сентября 1939 года)в её военном дневнике.

Астрид Линдгрен с детьми..jpg

Что наиболее ценно в этом человеческом документе? Астрид Линдгрен не военный комментатор, не политический аналитик. Она не сильно разбирается в геополитических раскладах и дипломатических хитросплетениях. Астрид Линдгрен — ещё даже не писательница. Все её великие книги, которые принесут ей всемирную известность, будут написаны потом.

«
15 января 1940

Кошмарным бомбардировкам подвергается бедная Финляндия. Но все равно — после полутора месяцев войны русские ничего не выиграли, а наоборот несут огромные потери людей и вооружений. На днях газета "Дагенс Нюхетер" утверждала, что русские с начала войны потеряли в боях 100 000 человек. Сильный мороз способствовал, естественно, таким большим потерям. Кроме того, финны одержали несколько крупных побед в начале этого года в битве при Суомуссалми.

Каждый день уезжают в Финляндию шведские добровольцы. И врачи. Красный Крест собрал на две машины "скорой помощи". Национальные сборы помощи дали 9 миллионов крон. Утверждают также, что государство выделило в помощь Финляндии 70 миллионов крон. Мы отправляем кровь в бутылках, конские попоны, одежду и всё, что можно. Мы посылаем нашейники, наколенники, и бог знает что. И всё равно: делаем ли мы всё, что должны? Будущее рассудит
».

Астрид Лидгрен

За плечами молодой женщины к тому моменту было много событий: выросшая на ферме Астрид Эрикссон в 18 лет родила внебрачного ребенка от главного редактора газеты, где начинала журналистскую карьеру. Затем она пробивалась как стенографистка, продавщица книг и секретарша. Познакомилась в "Шведском автомобильном клубе" со Стуре Линдгреном, родила второго ребенка, перестала носить мужские костюмы и кепки "а-ля гарсон" и стала "приличной женщиной".

Но за заботами о закупках сливочного масла (на него и впрямь скоро заведут карточки) и прелестями жизни в напоенном светом и морским воздухом Стокгольме ("Не могу нарадоваться нашей новой квартире!") Астрид не перестает чувствовать свой нереализованный писательский потенциал.

Можно сказать, что записи военного времени — первая проба пера писательницы, выходящей из "стадии куколки". По тексту видно, как стиль автора становится все свободнее, формулировки резче, сравнения ироничнее.

Астрид Лидгрен с подругами.jpg


«18 февраля 1940

Господи! как же приходится мучиться от того, что человек не знает какую линию выбрать. Финны и многие шведы считают, что для Швеции самым умным было бы сейчас же взяться за оружие, потому, что это идиотство думать, что Россия, в случае разгрома Финляндии остановится у Турнеэльвен (река на границе Швеции и Финляндии, — прим. ред.). Но правительство Швеции, которое должно ведь располагать всей информацией, не хочет ввязываться в открытую войну с Россией, чтобы не рисковать и не настроить против Швеции Германии и не превратить, таким образом, Швецию в поле битвы двух сверхдержав. Проклятая Германия! если бы мы только могли остаться в покое и помочь финнам (в их борьбе) против русских... »

Линдгрен боится, что Финляндия не справится, и Швеция станет местом столкновения русских и немцев.

Она пытается понять мировой расклад. Вначале становится хроникером, чьи строки диктуются страхом и болью. Карин Нюман, дочь Астрид Линдгрен, вспоминает в послесловии к «Военным дневникам», что она думала, что все родители, как её мама, вырезают газетные статьи и вклеивают их в толстые тетради.

Карин Нюман пишет: «Теперь я знаю, что она (Астрид Линдгрен), была, вероятно, уникальна. Выучившаяся на секретаршу 32-х летняя домохозяйка, не имеющая никакого отношения к политике, была настолько заинтересована документировать для себя самой, что происходит в Европе и мире, что она занималась своими вырезками и комментариями все шесть лет войны».

После окончания Зимней войны в Финляндии Линдгрен обращает свое внимание на страдания людей в более отдаленных регионах. Мир для нее расширяется, и в дневнике появляются записи о войнах и несчастьях, происходящих за пределами Скандинавии.

В сентябре 1940 года Линдгрен переходит на работу в отдел цензуры разведывательной службы и занимается проверкой почты гражданских лиц и военных. Распечатанные с помощью пара, письма открыли для Линдгрен правду, которую мало кто знал в то время. Ужасные подробности выливаются и на страницы ее дневников, когда Линдгрен узнает о концентрационных лагерях и обращении с евреями.

Астрид Лидгрен.jpg


«1 сентября

Сегодня ровно год с начала войны. Начинаешь привыкать. По крайней мере, если живешь там, где бомбы не падают постоянно... И в Берлине и в Лондоне люди по ночам часами сидят в бомбоубежищах... Как обстоят дела с продовольствием в Англии, я не знаю, но в Германии, похоже, очень плохо. Особенно не хватает жиров. Мне рассказывали о немцах, приезжавших сюда и приглашенных на шведский стол. Они сидели и ели только хлеб с маслом, и когда их спросили, почему они не едят ничего остального, они ответили, что если бы у нас было так, как у них, то мы были бы безумно рады хлебу с маслом...

В нашей маленькой стране мы, несмотря ни на что, большой нужды ни в чем не замечаем. Но всё дорожает и дорожает. Кофейного пайка должно хватать теперь не на пять недель, а на шесть. Весной я говорила, что если война к осени не окончится, то вынести этого уже будет нельзя. Но гляди–ка, можно! После непередаваемо дождливого августа — столь же сумасшедше дождливого, насколько перед этим было сухо (ибо в этом году ничто быть умеренным не может), мы вернулись в город (с дачи) в прошлую субботу — и редко так я наслаждалась возвращением домой. Несмотря ни на что, по–прежнему хочется создавать вокруг себя уют
».

Астрид Лидгрен семья.jpg


Первая часть военного дневника в основном состоит из того, что Астрид Линдгрен почерпнула в прессе. Описания Мировой войны из Швеции — как восприятие хорошо слышимых бомбежек с безопасного расстояния. Все равно страшно и со стен сыплется штукатурка. Она возмущена войной. И бесконечно благодарна за то, что находится вне конфликта. Она может позволить себе смотреть на все эти ужасы со стороны. Постепенно новости «хроники безумия» и вырезки из газет — всё больше начинают уступать месту авторскому комментарию.

Последние два года (1944-1945) дневник пишется параллельно с работой над первой книгой о Пеппи Длинный Чулок, самой сильной девочке на свете, которая, как известно, побеждает даже смехотворного циркового силача Адольфа. Пеппи ("мама - ангел, папа - негритянский король") - в первую очередь дитя Второй мировой войны. Книга была несвободна от расизма. Сама писательница пересмотрит свои взгляды, после посещения США в 1948 году.

Но несмотря на то, что Астрид Линдгрен не военный комментатор и не политический аналитик, знает она очень многое. С 1940 года Астрид работает в отделе цензуры писем шведской спецслужбы. Часть дневников составляют сведения из уникальных документов, которые Астрид Линдгрен в виде стенограммы брала со своей работы в шведской военной цензуре, где она могла читать сообщения от иностранных лиц. Причём по факту, вести такие записи, которые делала Астрид Линдгрен в своих дневниках, было незаконно...

Иногда может шокировать, что на удивление точная информация об уничтожении европейских евреев, ужасах концлагерей и зверствах войны перемежается у Линдгрен с подробными описаниями велосипедных прогулок и цветущих парков, перечнями подарков, полученных детьми к Рождеству и меню праздничного стола ("окорок весом в три с половиной килограмма, домашний паштет, жаркое, телячья печень, копченый угорь, оленина"). На родине писательницы многие увидели в этом проявление мещанства и даже двуличия.


Справедливости ради следует заметить, что Линдгрен отдает себе отчет в привилегированности своего положения как жительницы нейтральной Швеции: «Кому в мире сейчас так хорошо, как нам?»

Астрид Линдгрен сопереживает всем страждущим на войне, благодаря в то же время Бога за то, что война щадит Швецию. Осознает она и несопоставимость собственных жизненных невзгод со вселенской катастрофой. Еду в Швеции тоже выдают по талонам, и рядом с записями о страдающих от голода народах Европы она пишет, что их семье вновь дали «большую порцию картошки с луком и сосисками, копченого угря и пирог».

В декабре 1943 года она записывает в дневник: «Эти годы — лучшие годы в моей жизни!». В семье достаток, муж Стуре — директор Шведского союза автомобилистов, сама она — работает в цензуре, вымарывает из перлюстрируемой переписки всё, что может иметь отношение к военной тайне. Она знает про Хатынь, знает про уничтожение евреев, про расстрелы в Норвегии, зверства в Финляндии. Всё это она отмечает в своих дневниках, не забывая и записывать меню праздничных и будничных обедов.

Астрид Лидгрен дневник.jpg
.

«Кровь льется рекой, люди становятся инвалидами, везде страдания и отчаяние. А меня это совершенно не беспокоит: меня интересуют лишь мои собственные проблемы», - самокритично констатирует Линдгрен в июле 1944-го.

Впрочем, покоробить в ее дневниках может скорее другое: Вторая мировая война для Астрид Линдгрен - поединок двух монстров, большевизма и нацизма. И если бы ей пришлось из двух зол выбирать меньшее - она отдала бы предпочтение нацизму:

«Ослабленная Германия означает для нас, шведов, лишь одно: русские сядут нам на шею. А если уж на то пошло, то лучше я буду всю оставшуюся жизнь кричать "Хайль Гитлер!", чем иметь здесь, в Швеции, русских. Ничего более отвратительного я не могу себе и представить», - записывает Линдгрен в своем дневнике 18 июня 1940 года.
[Spoiler (click to open)]
.
Далее она описывает со слов случайно встреченной в гостях финки зверства, приписываемые той "русским оккупантам", включая расстрелы детей, изнасилования и распятие на крестах финских женщин. "Господи, сделай так, чтобы русские не пришли сюда!" - заключает писательница.

«22 июня 1941

Утром в половине пятого немецкие войска перешли российскую границу... Так что, бывшие союзники воюют друг с другом, и бедная Финляндия снова в огне. Германия утверждает, что Россия вовсе не выполнила условий договора с Германией, а, напротив, делает всё, чтобы ей навредить, а Россия утверждает обратное, и что Германия напала без повода. Колоссальные армии стоят друг против друга вдоль всей границы от Северно-Ледовитого океана на севере до Черно моря на юге.
Будущее представляет собой один огромный вопросительный знак. Что будет со Швецией? Все увольнительные из армии на праздник Середины лета отменены...».

«28 июня 1941

Национал-социализм и большевизм - это, приблизительно, как два динозавра, схватившиеся друг с другом. Неприятно быть на стороне одного из динозавров, но в этот момент не остается ничего иного, кроме как желать, чтобы Советы были прижаты, как следует, после того, что они себе заграбастали в этой войне, и за всё зло, причиненное Финляндии. В Англии и Америке должны сейчас выступать на стороне большевизма - это должно быть еще труднее, и man in the street, обывателю, трудно отслеживать все повороты. Королева Голландии Вильгельмина сказала по радио, что готова поддерживать Россию, но сделала оговорку, что принципы большевизма ей по-прежнему не нравятся.
На восточном фронте стоят друг против друга самые крупные в мировой истории массы войск. Страшно подумать. Как будто наступил Армагеддон..

«5 ноября

Немцы стоят в 40 километрах от Москвы, которая будет обороняться "до самой смерти"...
Немцы продолжают грабить; у норвежцев отобрали одеяла, лыжные ботинки, тулупы, палатки, радиоприемники, почти всю еду и... постельное бельё.
Из Берлина евреев насильно везут в Польшу, и можно себе представить, что это значит. Их селят в гетто за колючую проволоку и расстреливают без предупреждения, если они пытаются выйти. Их продовольственные пайки не больше половины от тех, что получают другие люди.
На днях в каком-то книжном магазине на улице Беридаребансгатан вывесили табличку: "Евреям и полуевреям входа нет". Снаружи собрался народ, такое началось... Потом вмешалось Губернское управление полиции и обязало владельца магазина перевесить табличку так, чтобы её не было видно с улицы».

Астрид Лидгрен книга.jpg



Линдгрен наблюдает за развитием военных действий. Несмотря на отвращение к Гитлеру, Линдгрен не сомневается, что «среди немцев есть много приличных людей, не может не быть». Блокада Ленинграда вызывает у автора сочувствие к жителям страны, которую она, правда, не перестает воспринимать как враждебную: «Нужно быть русским, чтобы вынести такие страдания!».

«24 января 1943
.
У немцев дела стали еще хуже. Англичане вошли в Триполи, и в России дела выглядят катастрофически. Немецкие войска окружены под Сталинградом, за который ведутся безумные бои. В Германии передают по радио траурную музыку по поводу героев Сталинграда. Каждый день поступают известия о новых русских прорывах. На Кавказе немцы планово отступают. Под Сталинградом эти несчастные солдаты сидят в земляных норах, а вход в них взяли на мушку русские снайперы. А в России сейчас холодно. Бедные люди, что я могу сделать, если мне жалко и этих немецких солдат, когда они так ужасно страдают, даже если я ненавижу нацизм и все жестокие преступления, совершенные немцами в оккупированных странах. Гестапо, я считаю, должно быть стерто с лица земли, но должно же быть и достаточно приличных немцев, по-другому быть не может»

«
29 января

... Да - наконец-то, после полутора лет, разорвали кольцо вокруг Ленинграда. Надо быть русскими, чтобы перенести такие страдания, какие вынесло население Ленинграда. Собак, кошек, крыс съели давным-давно, и, как утверждает фру Медин, согласно источникам из Финляндии, там в последнее время продавали человечину - но это никак ведь не может быть правдой...

Из Балтии время от времени поступают кошмарные описания того, что делали русские за тот год, когда они были там господами. 80 000 человек вывезли в Сибирь, или Бог знает куда. Сегодня читала письмо из Риги, провезенное сюда. Автор письма пишет, что ему, вероятно, не поверят, но он клянется, что это правда. Даже женщин и детей загоняли в вагоны для скота и увозили; детей разлучали с родителями, жен с мужьями и так далее... Да, дай Бог, чтобы русские никогда сюда не пришли...

Единственно, что мне не нравится, - общая тенденция
англофилов превращать русских в голубков мира. В этом, я думаю, мы хорошо убедимся».«Вчера прочитала письмо датского еврея. В письме он упомянул имя человека, которому в гестапо вырвали ногти, чтобы он выдал своего товарища, принимавшего участие в нелегальной работе. Во время этих пыток он также выдал и автора этого письма, ему теперь необходимо скрываться в Швеции. Кроме того, он называет имена нескольких 80-летних еврейских женщин, которых немцы во время перевозки в Польшу сбросили в грузовой трюм, чтобы они покалечились до смерти во время падения. (…) Также в письме говорится о том, что 11-летних датских еврейских девочек увезли в немецкие бордели», — делает Линдгрен запись в дневнике осенью 1943 года.



Заключительные главы дневника, написанного в 17-й по счету записной книжке, позволяют читателю разделить с автором ликование по поводу конца войны. От снова открывшихся бензоколонок до возвращения в столицу королевского семейства - нормальная жизнь приходит в Стокгольм. Последние страницы написаны в конце декабря 1945 года: «Я желаю себе и нам всем счастливого нового года - по крайней мере, более счастливого, чем предыдущие!»
Астрид Лидгрен детские книги.jpg

.



В. Бушин. Как фронтовик фронтовику (письмо Даниилу Гранину)

Оригинал взят у proseka199 в В. Бушин. Как фронтовик фронтовику (письмо Даниилу Гранину)
http://zavtra.ru/content/view/kak-frontovik-frontoviku/

Владимир Бушин. Как фронтовик фронтовику (письмо Даниилу Гранину)

За все девяносто с лишним лет он высказывается
и говорит вслух то, о чём все девяносто лет молчал.

Ф.М. Достоевский. Великий инквизитор

Уважаемый Даниил Александрович!

5 сентября в «Литературной газете» Владимир Сухомлинов рассказал о круглом столе, посвящённом окончанию Второй мировой войны. В нём приняли участие историки, писатели, деятели культуры. Ведущим беседы был председатель Госдумы Сергей Нарышкин.
Даже по краткому газетному репортажу можно видеть, что высказано немало интересных мыслей, одни из которых целесообразно поддержать, а на другие нельзя не возразить.
Так, сам автор статьи в первых строках пишет, что результаты войны «в разных странах, да подчас и у нас, пытаются скорректировать, что-то «не заметить», а что-то подать через увеличительное стекло». Да, к сожалению, это так. Правда, Даниил Александрович? Только я сказал бы определённей: не «пытаются скорректировать», а просто извращают и делают это не «подчас», а постоянно, систематически и в первую очередь именно у нас, а не в «разных странах». Думаю, что там не решились бы лгать о войне, если бы не российские первопроходцы.
Но вот Евгений Водолазкин, редактор альманаха «Текст и традиция», где-то у кого-то из наших усмотрел «враньё и фальшь» о войне. Что именно и кого он имеет в виду, понять из текста статьи нельзя — в ней нет имён и фактов. Но вот вам факт о самом Водолазкине. 8 мая 2009 года он писал в «Новой газете», что во время блокады Ленинграда А.А. Жданову, одному из главных руководителей обороны города, спецрейсами доставляли по воздуху ананасы. И сказано это с такой уверенностью, словно те ананасы росли на персональном огороде самого Водолазкина.
Не знаю как вас, Даниил Александрович, а меня сильно удивило и выступление директора Института русской литературы РАН Всеволода Багно. «Он вспомнил высказывание Пушкина о том, что история принадлежит поэту». Да, классик говорил так, но едва ли предполагал, что именно директор Института русской литературы поймёт его буквально. Однажды он сказал, например, ещё и вот что: «Поэзия, прости Господи, должна быть глуповата». Многие и это понимают буквально и осаждают редакции, прикрываясь словами гения, как щитом, против всякой критики и отвержения своих глуповатых виршей.
Но важнее другое: «Багно вспомнил не столь давние времена, когда чиновники с партбилетами диктовали, скажем, Ольге Берггольц, что на войну надо смотреть, отдавая предпочтение победным мотивам». От таких «мотивов» у Багно с души воротит, он, видите ли, считает, что надо «отдавать предпочтение» пораженческим «мотивам». Да известно ли ему, кто и где подписал акт о безоговорочной капитуляции? В обстоятельном повествовании о войне, конечно, должен быть «мотив» наших неудач, просчётов и поражений, но в полный голос надо говорить о нашей великой Победе. Так что, если «диктовали», то правильно диктовали. Но на самом деле никто Берггольц ничего не диктовал. Вот строки, которыми она встретила войну:

Мы предчувствовали полыханье
Этого трагического дня.
Он пришел. Вот жизнь моя, дыханье —
Родина! Возьми их у меня…

Но больше всего, Даниил Александрович, в этой беседе меня заинтересовало то, что сказали вы. Как говорится, по старой памяти… За этим круглом столом вы рассказали, что недавно встретились с бывшим канцлером ФРГ Гельмутом Шмидтом, вашим ровесником, бывшим солдатом вермахта, участвовавшим в блокаде Ленинграда. Вы считаете его человеком мудрым и симпатизирующим нашей стране, и вы спросили мудреца: «Почему вы проиграли войну, хотя могли выиграть? Почему победили мы?» Я думаю, что такой вопрос бывшего комсомольского деятеля, офицера и советского писателя бывшему солдату вермахта очень удивил многих читателей газеты, как и многие другие ваши высказывания.
Collapse )

Р. S. Лет тридцать-сорок после войны Гранин не писал о ней. Видимо, считал, что опыта инструктора политотдела, навыка комсомольской работы и даже двойного танкового образования в двух училищах маловато, чтобы писать. Конечно, опыт инструктора и слушателя военных училищ не сравнить, допустим, с трёхлетним опытом командира батареи Юрия Бондарева. К тому же, тогда были ещё живы многие фронтовики, в том числе — писатели, и одна за одной появлялись их прекрасные книги. И Гранин молчал о своей войне.
Но настали иные времена. Фронтовиков, которые могли бы сказать: «Полно врать-то!», осталось мало, и они уже так состарились, что многим было не до этого. И тут Гранин развернулся… Благо судьба дала долголетие. Он принялся писать о войне статьи, книги, давал интервью, принимал участие в создании военных фильмов, его приглашали в юбилейные дни на телевидение, в газеты, он стал охотно рассуждать о войнах вообще и о художественных произведениях, в той или иной мере посвящённых войнам. И каково всё это, мы видим…

О жизни крестьянина в Царской России...

historian30h в деревенская жуть пишет:
Это какой-то мрак, - прочитал 70 страниц мемуаров крестьянина Вольнова. Тотальное физическое насилие: начальство и помещичьи слуги бьют крестьянина, крестьянин бьет жену, дочь, сына, лошадь. Голод, оспа, холера. Постоянный страх разорения. Мать родила 11 детей, а выжило чудом двое. Я вроде это все знаю, но слово писателя рисует просто жуткие картины страшного быта. Эти крестьяне должны были в жопу Сталина целовать, что он коллективизацией избавил их детей от этой беспросветной жизни. Можно понять комбедовцев, деревенский актив, которые готовы были голыми руками рвать кулаков на куски, выбрасывать их вместе с детьми на мороз за то, что кулаки дрались за старую жизнь.

От себя добавлю: "целование в жопу" т.Сталин вряд-ли бы понял - но вот про Культ Личности мы все слышали. И был он неспроста.
А вот дальше подросшие дети-внуки тех крестьян (особенно внуки-правнуки) - решили, что "они имеют право" и "им все должны". По разному конечно - в разных местах общества.
И понеслась The Pere$troika.

(В каментах приведена ссылочка на сами мемуары: http://dlib.rsl.ru/viewer/01003814541#?page=71 )

Книга "The Beslan Massacre: Myths and Facts" в продаже!

Оригинал взят у ivakin_alexey в Книга "The Beslan Massacre: Myths and Facts" в продаже!
Оригинал взят у leon_spb67 в Книга "The Beslan Massacre: Myths and Facts" в продаже!
Граждане и товарищи, минуточку внимания!

Понимаю, что всё внимание в данный момент направлено на Украину, но все же.

Летом мы все вместе собирали деньги на издание правдивой книги о Беслане на английском языке. Если русскоязычные могут ознакомиться с фактами на сайте "Факты и мифы Беслана", то иностранцы могли довольствоваться только пропагандой. Это неправильно и наш товарищ Александр Бураков, ака beslan данную несправедливость исправил.

Работа над книгой заняла более двух лет. Книга качественно выделяется на фоне других англоязычных изданий по этой теме именно научным подходом. Это не беллетристика. В книге доказательно разобраны основные мифы данной трагедии. 420 страниц. Каждый тезис, изложенный в книге, подтвержден ссылками на источники - только раздел "Библиография" занимает 15 страниц.

И вот свершилось! Книга поступила в продажу на "Амазоне"!

cover

Collapse )

Жданов против Ахматовой?

Оригинал взят у abrod в Жданов против Ахматовой?
Первоисточник Блудница и посудомойка
Тема представляет интерес, поскольку показывает. что взаимоотношения в Советском обществе зачастую были сведением старых, дореволюционных счетов. Кроме того мы по сути ничего не знаем о человеческом контексте "России которую мы потеряли", в том числе и потому, что Анна Ахматова в 1960 году это был совсем другой человек, чем в 1913, так же как поэт, написавший "Гаврилиаду", мягко говоря сильно отличался от поэта, написашего "Пророк." И тем не менее это оборот речи, а на самом деле это были те же самые люди. И Россия которую мы потеряли, это та самая Россия, в который мы живем, и в которой Жданов сводил старые счеты с Ахматовой.

Collapse )

Хорошие стихи

Да и кортинко дюже правильное.


Оригинал взят у abrod в Тоже на поэзию потянуло
Originally posted by kirovtanin at Тоже на поэзию потянуло
Парфенов читает стихи Заболоцкого о лагере.

Меня (его)и еще нескольких френдов тоже на поэзию потянуло:
Collapse )